- Мать честная, царица небесная! Что это ты? - Слушайте, да это же вовсе не щипцы. - Сами сказали - щипцы...
И Культерер побаивался: вдруг надзиратель заметит неосторожного ворчуна, только бы ничего не стряслось. Бывало, кто пробурчит: "Свинство...
el - und Gegenspiel), как во всех драмах, но между двумя вторыми героями; главный же герой, на котором эта борьба вертится, как на своей оси, вовсе в ней не участвует; он, н..
Глава 1. ОТЕЦ И ДОЧЬ Глава 2. ТЯЖЕЛЫЙ СУНДУК Глава 3. КРАСАВИЦА И МОНСТР Глава 4. НОВОЕ ЛИЦО Глава 5. ЗАГОВОР Глава 6. УБИТЬ! Глава 7. КНУТ Глава 8. К ВОПРОСУ О ДУШЕ Глава 9. НА ПУТИ К БОРНЕО Глава 10. УПУЩЕННЫЙ ШАНС Глава 11. «Я ИДУ!» Глава 12. ПРЕДАТЕЛЬСТВО Глава 13. ЗАХОРОНЕННОЕ СОКРОВИЩЕ Глава 14. ЧЕЛОВЕК ИЛИ МОНСТР? Глава 15. СЛИШКОМ ПОЗДНО Глава 16. СИНГ ЗАГОВОРИЛ Глава 17. ПРИСЦИЛЛА, 999
Опустив последний жуткий фрагмент расчлененного, изуродованного тела в небольшой сосуд с азотной кислотой, которая должна была уничтожить следы страшных улик, достаточных, чтобы оказаться на виселице, человек безвольно упал на стул, наклонился вперед к большому письменному столу из тикового дерева, уронил голову на руки и глухо застонал. По его лицу, изборожденному морщинами, струились капли пота, заменяя слезы, которые, дай он им волю, могли бы уменьшить сильнейшее нервное напряжение. Худощавое тело бил лихорадочный озноб, а временами сотрясали конвульсивные подергивания. Внезапно на лестнице, ведущей в его лабораторию, раздались шаги. В паническом страхе вскочив на ноги, он уставился на дверь, запертую и на ключ, и на задвижку. И хотя он прекрасно знал, кто идет, его охватила сильнейшая тревога. Шаги приближались, затем затихли перед закрытой дверью, после чего раздался негромкий стук. — Папочка! — послышался мелодичный девический голос. Человек с усилием взял себя в руки, чтобы ненароком не выдать своего душевного состояния. — Папочка! — снова позвала девушка, на сей раз с оттенком тревоги. — Да что с тобой, и чем ты там занят? Просидел взаперти в этой противной комнате целых три дня без еды и уж конечно без сна. Ты же погубишь себя своими бесконечными экспериментами. Лицо человека смягчилось. — Не волнуйся, дочка, — отозвался он, контролируя свой голос. — Осталось совсем немного, совсем немного, и тогда мы отправимся в долгое-долгое путешествие. — Даю тебе время до полудня, папочка, — произнесла девушка с решимостью, отсутствовавшей в тихом ответе ее отца, — иначе взломаю дверь топором и вытащу тебя оттуда, ты понял? Профессор Максон устало улыбнулся. Он знал, что его дочь вполне может осуществить свою угрозу. — Хорошо, детка, к полудню я обязательно закончу, обязательно закончу. А теперь беги поиграй, будь паинькой. Вирджиния Максон пожала округлыми плечами и безнадежно покачала головой, глядя на неприветливую, бесстрастную дверь. — Я уже сменила наряды всем своим куклам, — нарочито плаксивым голосом крикнула она, — и наигралась в песочек. Я хочу, чтобы ты вышел и поиграл со мной. Но профессор Максон не ответил — он вернулся к созерцанию зловещих результатов своих опытов. От неприглядности увиденного он полностью отключился от всего остального и даже не слышал, что сказала дочь.
